Травматология, ортопедия, нейрохирургия
АНО Клиника НИИТО

Часто задаваемые вопросы

Детская вертебрология в Новосибирске



Можно ли после такого лечения рожать? – один из обязательных вопросов, которые задают после операции юные пациентки. Ответим сразу: да, конечно можно. Однако эта проблема непростая, и лучше обсуждать ее в личной беседе с лечащим врачом.

Возникнет ли после операции необходимость в ограничении двигательной активности? Ранее уже упоминалось о том, что часть позвоночного столба после операции становится неподвижной, вследствие чего межпозвонковые диски, оставшиеся свободными, подвергаются перегрузкам. Наши исследования показали, что особенно вредны изгибающие и скручивающие нагрузки, так как при этом возникают напряжения, способствующие дегенерации дисков (остеохондрозу), что может привести к болям. Поэтому наклоны и повороты туловища в стороны при фиксированных стопах желательно ограничивать. Подчеркиваем – ограничивать, а не исключать полностью, так как это просто невозможно. Нежелательны также долгие вертикальные нагрузки на позвоночник – сидение, стояние, ходьба. Все эти ограничения, конечно, малоприятны, но необходимы, чтобы жить без боли.

Нужно ли удалять эндокорректор? – еще один важный вопрос, связанный с отдаленным послеоперационным периодом. Мировой опыт, основанный на 20-летнем применении CDI, говорит, что в этом нет необходимости. Имплантированный металл обычно не вызывает никаких неприятных ощущений и не напоминает о себе. Кроме того, операция удаления эндокорректора достаточно трудна и очень травматична. Без абсолютных показаний, которые возникают крайне редко, выполнять ее просто нет необходимости. Нам приходилось несколько раз выполнять операцию удаления эндокорректора. Всякий раз в ходе этой операции мы видели хорошо сформированный мощный костный блок (ради этого и выполняется операция спондилодеза костью), что исключало в последующем увеличение деформации позвоночника.

На что же можно рассчитывать в результате операции? Этот вопрос ставится перед хирургом постоянно, что вполне естественно, иначе зачем вообще обращаться за помощью? Подвергая больного с прогрессирующим сколиозом хирургическому лечению, мы преследуем несколько целей. Первая цель – нормализовать внешний вид пациента. Как уже упоминалось, сколиозом девочки болеют чаще мальчиков примерно в 8–10 раз. Ясно, что для девочки 13–16 лет (в этом возрасте к нам обращается большинство пациенток) внешность – вопрос жизненно важный. Хочется выглядеть если не лучше, то, как минимум, не хуже других, а тут – горб, ребра деформированы, талия перекошена, да так, что даже в одежде это бросается в глаза. А на спортивной площадке, а на пляже?! Это же настоящая трагедия. Поэтому главное – сделать так, чтобы девочка нормально выглядела. Насколько это возможно? В каждом случае по-разному. Чем дальше зашла болезнь, тем труднее ее лечить. Но в любом случае необходимо запомнить, что полностью структуральную деформацию исправить невозможно. Это означает, что после самой удачной операции на рентгенограмме будет видна какая-то остаточная деформация – как минимум 5–10°, а может быть, и больше. Но это неважно. Сколько градусов было до операции и сколько осталось после – это информация для врача, а не для больного. Больному важно, стал ли он лучше выглядеть! Если да, то цель достигнута. При этом нужно помнить, что вернуть туловищу абсолютно нормальные очертания также невозможно, практически всегда можно заметить минимальные признаки асимметрии туловища, правда, для этого обычно нужен наметанный глаз ортопеда.

Почему нельзя добиться 100 % коррекции дуги, почему нельзя вернуть телу идеальную форму? Структуральный сколиоз отличается грубыми изменениями в костях – позвонках и ребрах. Эти изменения полностью устранить в принципе невозможно. Поэтому мировой опыт свидетельствует: хорошим результатом применения CDI следует считать уменьшение деформации на 50 % и соответствующую нормализацию формы туловища. Если удается исправить больше – очень хорошо, но это далеко не всегда возможно, особенно при запущенных деформациях. Кроме всего прочего, попытка исправить деформацию на 100 % очень опасна, можно повредить костные ткани и получить более тяжелые осложнения. Вторая цель – предотвращение дальнейшего прогрессирования болезни. Если оставить больного без помощи (или если он от нее откажется), болезнь будет прогрессировать. Кстати, после операции с годами всегда отмечается некоторое увеличение сколиотической дуги. Это неизбежно, так как лечим мы, к сожалению, не саму болезнь, а лишь ее проявление – искривление позвоночника. Другое дело, что применение CDI дает возможность свести это прогрессирование к минимуму (3–4°), внешне такая потеря коррекции никак себя не проявляет. Третья цель, тесно связанная со второй, – профилактика осложнений. Прогрессирование искривления позвоночника сопровождается изменением положения и деформацией внутренних органов, и в первую очередь – сердца, легких, крупных сосудов, что неизбежно сказывается на их функции. Изменения могут стать настолько серьезными, что со временем больной превращается в тяжелого инвалида: развивается легочно-сердечная недостаточность, которая в самых тяжелых случаях приводит к ранней смерти в возрасте 40–45 лет. Тяжелая деформация позвоночника без лечения может привести к развитию параличей из-за сдавления спинного мозга в суженном и деформированном позвоночном канале. Это осложнение случается редко, но оно возможно.

Можно ли после операции сидеть? Это один из самых частых вопросов. На него трудно ответить однозначно. Авторы метода Котрель и Дюбуссе полагают, что сидеть можно сразу после операции. Мы, когда начинали осваивать новый для нас метод, сочли необходимым перестраховаться и просили наших больных не сидеть в течение шести месяцев после хирургического вмешательства. Со временем наши взгляды изменились. Мы не запрещаем больным сидеть, мы только просим их ограничивать время пребывания в положении сидя, так как в этой ситуации пояснично-крестцовый отдел позвоночника испытывает наибольшие нагрузки. Что значит – ограничивать? Мы полагаем, что крайне нежелательно сидеть «до боли», то есть нагрузки желательно дробить, чтобы не вызывать неприятных ощущений в пояснице. С предыдущим вопросом тесно связан вопрос о сроке возврата к учебе и работе. Решать его приходится строго индивидуально – в зависимости от возраста, телосложения больного, характера деятельности и других факторов. Длительные вертикальные нагрузки на позвоночник вредны любому здоровому человеку, а после большого хирургического вмешательства по поводу сколиоза – и подавно. Позвоночник после операции надо щадить, разумеется, в разумных пределах.

Каков возраст оперируемых пациентов? Среди части врачей бытует мнение, что оперировать детей можно начиная с 13–15 лет, а взрослых нельзя оперировать вообще. И то и другое не соответствует действительности. Оперировать можно и нужно тогда, когда для этого есть показания. Самой юной из наших пациенток было 4 года, самой старшей – 43, но и это не предел, как свидетельствуют данные медицинской литературы. Просто в каждом конкретном случае больному и его родителям необходимо рассказывать, на что можно рассчитывать в результате лечения.

Можно ли после операции заниматься спортом? Нужно! Наиболее полезно плавание, можно ходить на лыжах, ездить на велосипеде. Исключаются контактные виды спорта (единоборства, хоккей), нежелательны занятия теннисом в связи с многочисленными скручивающими нагрузками на позвоночник.

Какие могут возникнуть осложнения? Как это ни грустно, но хирургии без осложнений не бывает. В каком-то проценте случаев возникают нежелательные ситуации, предвидеть и предотвратить которые не удается. Причин много, и обсуждать их все не имеет смысла. Важнее поговорить о самих осложнениях и о том, чем они грозят. Самое частое осложнение – нагноение операционной раны. По данным мировой литературы (наши результаты практически не отличаются), раны нагнаиваются примерно в 1–2 % случаев. Хорошо, если нагноение поверхностное и затрагивает только кожу и подкожную клетчатку. С таким осложнением справиться нетрудно, и, кроме несколько более длительного пребывания больного в клинике, оно ничем не грозит. Совсем другое дело, если развилось глубокое нагноение. Оно обычно выявляется на 5–7-й день после операции, и чем раньше оно диагностировано, тем лучше. Так или иначе, необходимо открыть рану, тщательнейшим образом ее очистить и снова закрыть (иногда сразу же, в других случаях – только через несколько дней, когда состояние тканей это позволит). При этом приходится вводить мощные антибактериальные препараты и делать многое другое, чтобы не только заживить рану, но и избежать удаления металлических конструкций. Последнее крайне нежелательно, так как практически сводит на нет результаты лечения. Развитие нагноения предсказать практически невозможно, но в наших силах выявить таких больных, у которых риск нагноения высок. Вы сами можете оказать нам (а значит, и себе) определенную помощь. При поступлении в клинику у пациента не должно быть ни одного больного зуба, ни одного прыщика на коже. Все это – очаги инфекции, которые после операции могут себя проявить и спровоцировать нагноение раны. Кроме того, необходимо подробно рассказать лечащему врачу обо всех перенесенных ранее заболеваниях, включая воспалительные и аллергические. Это может оказаться очень важным для предоперационной подготовки. Второе из наиболее характерных осложнений – повреждение нервной ткани (спинной мозг, его оболочки и корешки). Такие осложнения возникают примерно в 1 % случаев. Сюда включают очень легкие осложнения, когда речь идет о минимальной травме, что может привести к умеренному болевому синдрому или к появлению небольших зон изменения кожной чувствительности. Такие осложнения обычно не снижают качества жизни пациента и в большинстве случаев проходят бесследно. Но бывают (к счастью, очень редко) тяжелые осложнения, вызванные нарушением кровоснабжения спинного мозга, приводящие к параличам. Эти состояния лечить очень трудно. Причиной их обычно являются нетипичные варианты анатомического строения позвоночника и спинного мозга, в первую очередь – сосудистой системы. Распознать эти варианты перед операцией возможно далеко не всегда, а в ходе операции, когда осуществляется коррекция, они могут привести к нежелательным последствиям. Иногда после операции больные жалуются на чувство онемения кожи вокруг послеоперационного рубца. Причина в том, что при рассечении кожи неизбежно повреждаются внутрикожные нервные окончания, обеспечивающие чувствительность тех или иных участков кожных покровов. Особых неудобств больному это не приносит. Возможны и другие осложнения – пневмонии, нарушения свертываемости крови и т. д.

Со всеми этими осложнениями можно успешно справиться, если они вовремя распознаны. Пациенту и его родным следует помнить, что любые изменения самочувствия должны быть известны лечащему врачу. Ни в коем случае не нужно молчать, думая, что все само пройдет. Так можно пропустить серьезное осложнение, с которым потом бороться будет очень трудно. Нужны ли повторные операции? В подавляющем большинстве случаев можно ограничиться одним хирургическим вмешательством, если речь идет о больных в возрасте старше 10 лет. Однако иногда (примерно в 10% случаев) встает вопрос об уменьшении реберного горба. Горб возникает всегда, так как позвоночник деформируется в горизонтальной плоскости - скручивается (рис. 4). После исправления сколиоза горб всегда уменьшается, но через 1-1,5 года может снова немного увеличиться, в силу того что искривленные ребра пытаются занять свое прежнее положение. В этих случаях можно выполнить сравнительно небольшую операцию, которая носит чисто косметический характер и делается исключительно по желанию больного. Более подробно об этом вы поговорите с лечащим врачом после основной операции.
© 2015 Клиника НИИТО Схема проезда